Основное меню





О ТКАЦКИХ УСТРОЙСТВАХ И ТКАЧАХ

Человек создавал свои ткани на ткацком станке. «Можно только предполагать, каковы были первые ткацкие устройства. Нити основы, длиной несколько большей длины будущего ткацкого изделия, закрепляли вверху и внизу. Вероятно, что сверху для этого использовали горизонтальные ветви деревьев, внизу — поваленные стволы деревьев, камни и т.п. Уточную нить проводили между нитями основы и прибивали прутиком или придерживали с помощью пальцев. С развитием способов обработки дерева стали изготовлять жесткие деревянные рамы».

В прошлом веке чуваши пользовались двумя видами ткацких устройств. Одно из них — так называемое «пир выране», в буквальном переводе — «место для тканья». Это название так прижилось, что во многих районах республики им же обозначают и ткацкие станки.

«Пир выране» в селах Аликовского района получило название «чаваш выране», а станок — «майра выране».

«Чаваш выране» станком не назовешь, его нельзя переставлять с места на место, оно связано с полом, потолком и нарами. С потолка спускаются две веревки — «кантра», к ним прикрепляются блоки — «шалтарма»; на блоках — пара нитченок (ремизки) — «кёрё»; сзади в пол вбит «пир юпи»; два толстых бруска с выемками для пришвы — «чавса», прикрепленные к скамье; пришва или товарный валик — «пир хивси», на нее натянут холст — «пир»; за ремизками в нитях основы виден ценовой прутик — «пир хаййи»; к ремизкам прикреплялись две подножки — «ура пусси»; перед ремизками бердо — «пир хёдди».

И женщина ткала всю жизнь в том углу черной избы. На этом устройстве она могла создавать все, начиная от грубых тканей до подлинных шедевров.

Ткацкий станок — «пир стане» стоит на полу. Это большая устойчивая прямоугольная клетка. По углам четыре толстых бруска — «таратнисем», они соединены друг с другом горизонтальными брусками — «кашта». Передние бруски короче задних, в их выемки вкладывается пришва — «пир хивси». Натяжение холста осуществляет притужальник — «парт патакки». От задних брусков вперед протянуты две палки, на которых лежит поперечина для подвешивания блоков — «шалтарма». На блоках — пара ремизок — «кёрё», к ним прикреплены подножки — «ура пусси». Перед ремизками установлено бердо — «пир хёдди». На перекладину в конце станка вставлен небольшой брусок — «вата пата», на него надевают петли основы ткани.

Берда, ремизки, челноки — рабочие органы ткацкого станка. Ремизки поднимают и опускают нити основы, образуя зев. Их могла связать любая хозяйка, связать для любого вида ткани в соответствии с количеством нитей в их основах. Вязали из конопляных крученых ниток — «делен 9ип», на специальной доске — «кёрё хами». Длина доски около 46 см, ширина 10,5, толщина 1,5 см. Один из углов доски (нижний правый) с выемкой, так легче снимать готовую половину ремизки. Слева от выемки отверстие, через которое привязывалась основа ремизки, толстая, крепкая нитка — «кёрё уретти». Для ремизки еще нужны две палки.

Доску мастерица ставит себе на колени, другой ее конец упирается о край стола. К основе ремизки привязывается конец рабочей нитки. Узелок этот будет лежать на ребре доски. Взяв нитку в правую руку, мастерица обводит ею вокруг доски, накидывает ее на основу и вяжет прямой узел. Снова обводит нитку вокруг доски и делает узел так, чтобы его можно было передвигать по основе. В конце работы доска вынимается из петель, вместо нее вставляется палка, которую с обоих концов крепко привязывают концами той же основы. Вместе с тем в петли вводится конец рабочей нити, из которой предстоит связать вторую половину ремизки.

Для вязания второй половины также готовили нитяную основу и палку. Положив первую половину ремизки с правой стороны, вторую вязали так же, но рабочую нитку обводили вокруг доски, каждый раз выводя ее из промежутков петель первой половинки, соединяя тем самым две половины ремизки. Так же в петли пропускали палку, привязывали концами основы. Готовая пара ремизок снабжалась подножками, подвешивалась на блоки.

Бердо — «пир хёдди» прибивает к опушке нити утка и регулирует ширину ткани. Его делали специальные мастера.

«Нашего дедушку называли Хёд Прохоре. Был он большим мастером своего дела. Нитки для берда прял сам. Какому берду какой толщины требуется нитка — знал хорошо. Зубья берда делал из бамбука. А мы, маленькие дети, играли с негодными зубьями», — вспоминает жительница г. Чебоксары В.А. Прохорова.

Полотно берда неподвижно лежит в деревянной раме. Целый ряд зубьев на одинаковом расстоянии друг от друга. У «корней» зубьев снизу и сверху чуть заметны по две палочки — «хёд уретти». Вставляя зуб, мастер делал вокруг палок один оборот ниткой, новый оборот — еще один зуб — так снизу и сверху. Рама берда крепкая, ее берут с боков двумя руками и довольно сильно ею прижимают уточину. Двигают бердо, немного наклонив вперед.

Челнок похож на легкое средство передвижения по воде. Он входит в зев, оставляет в нем уточную нить, миг и снова влетает в зев, чтобы оставить в нем уточину, а бердо каждый раз забирает нитки и прибивает к опушке ткани. Нитка наматывается на полую палочку — цевку— «дёрё», вдевается в нее стерженек — «аса варри». И все вместе вкладывается в челнок.

Наматыванием ниток на цевки раньше занимались дети. Для этого есть удобная скальница — «хултарча». Пустую цевку вставляют в острие вала скальницы; на вал привязана ниточка, ее протягивают вдоль цевки и закрепляют несколькими оборотами рабочей нити. Чтобы нитка ровно накручивалась, ее держат в левой руке, у самой цевки. Сильными ударами правой руки по валу скальницы — «хултарча йёки» вал приводят в движение, цевка вмиг заполняется ниткой.

В настоящее время вместо скальницы используют моторчик, он приводит в движение валик, на который насаживается цевка.

Каким будет домашний ручной ткацкий станок в будущем? В прошлом веке он претерпел кое-какие изменения: нитяные ремизки и деревянные берда начали заменять металлическими, к станку пристраивают механизм, позволяющий хозяйке спускать петли основы, не вставая с места. Но остов станка и большая часть его рабочих органов пока по-прежнему деревянные...

Проверив все ли в порядке в станочном хозяйстве, растянув на нем основу будущей ткани, трое садятся пробирать ее в ремизки. Одна садится перед ремизками, вторая — за ними, третья — рядом, с правой стороны станка. Вторая развязывает узелок ценовой нитки, берет крайнюю нитку основы, первая протаскивает ее в глазок крайнего галева передней ремизки, нитку отдает третьей помощнице. Вторая подает следующую нитку, первая протаскивает ее в глазок галева задней ремизки. У третьей в руках уже вторая нитка, она их соединяет узелком. Так и продолжается процесс проборки в ремизы. Пробрав первую часть, ее немного отодвигают вправо.

Дальше пробирают также по порядку, то в переднюю, то в заднюю ремизки, а третья помощница связывает каждую пару пробранных нитей. Затем нити основы пробирали в бердо. Главное — бердо выбрать удачно. Ведь они разные: у берда для толстых ниток, например, просвет между зубьями больше, чем у берда для тонких ниток.

Так же втроем садятся пробирать в бердо. Та, что сидит за ремизками, вставляет между зубьями вязальную спицу, первая кладет на спицу пару ниток, вторая протаскивает и отдает третьей, чтобы эту пару она надела на крепкую палку.

Не торопясь, внимательно, не пропуская зубья, по порядку пробирают до конца. Палку с нанизанными на нее нитками привязывают к пришве через ее прорезь. Несколько вращательных движений притужальником, и основа натягивается.

Нажимая то на левую, то на правую подножку, ткачиха пробует открывать зев, делает несколько прокидок, ищет ошибки, возможные во время проборки, исправляет, если они были допущены.

Этот заключительный момент в подготовке к тканью называется «пуд хывни». С этого начинается тканье.

Любая ткань получается в результате переплетения. Строение лежащих перпендикулярно друг к другу нитей ткани, основы и утка. Открываем зев, челноком пробрасываем уточную нить, меняем подножку, одна из ремизок опускает свою половину нитей основы, другая поднимает вверх свои нити. Так нити основы и утка переплетаются. Этот цикл продолжается до конца работы. Вот он, холст!

Так получались холсты наших бабушек, так создаются и наши. Это результат работы, которая длится весь год. Но и на этом не останавливались, хозяйки делали все от себя зависящее, чтобы придать лоск своему творению: смывали остатки крахмаления, назолив, ставили в печь, отбеливали на снегу, стирали, полоскали...

Холст высыхал. Тогда вся семья бралась еще раз за него: кто-то берет за один конец, второй за другой, тихонько тянут, чтобы выпрямить. Третий поправляет ширину, самый сильный сворачивает холст в тугой рулон.

Мария Алексеевна вспоминала:

— Раньше люди без дела не сидели. Всем хотелось хорошо одеваться. Под вечер девчата выйдут, бывало, отбивать холсты. Парни тоже брались за колотушки. Мстя иной гордячке, так колотили, что холст начинал тлеть. А девушке — слезы...

Белые холсты бывают разные. Есть белые, как снег. Характер у этого цвета, как у нелюдимого человека, он никакой другой цвет не принимает. Лучшими нитками вышиваешь лучший узор, а получается как грязное пятно...

Есть белый холст с едва заметной желтинкой, слегка кремоватый. На нем все цвета играют как драгоценные камушки. Есть чуть-чуть сероватые холсты, и все же... они белые.

«Щука все скачет, а голец плывет играючи» — тканье холста.




Fastory - Мода, дизайн, handmade, подарки, идеи и вдохновение

26 октября 2020

Fastory - Мода, дизайн, handmade, подарки, идеи и вдохновение